контакты Воробьевское шоссе, дом 6
8-800-555-555-6
Телефон в Москве
меню

Онлайн заявка на лизинг

Все поля обязательны для заполнения

Отрасли надо найти механизмы, которые делают лизинг привлекательным инструментом

Кирилл Царёв: Отрасли надо найти механизмы, которые делают лизинг привлекательным инструментом

Зима тревоги нашей позади. Что там дальше?

Прогнозы – неблагодарное дело, но мы отправились к И.о. генерального директора ЗАО «Сбербанк Лизинг» и Президенту ОЛА Кириллу Царёву не за прогнозами, а за настроением. Оптимизм и настрой на победу – вот чем всегда делится наш собеседник.

- Что, Кирилл Александрович, в этот раз лизинг крепко попал?

-Спорный вопрос. В России вообще свойственно впадать в максимализм в обе стороны: либо все очень хорошо, либо все плохо. Время действительно непростое, но не стоит его драматизировать. За последние двадцать пять лет мы видели разное. Помним ставку ЦБ в 180 процентов и кредитование под двести… Подъем ключевой ставки – это вполне рыночная реакция регулятора. Если через два месяца турбулентности кто-то посыпает голову пеплом и говорит, что крах, значит, в этой компании полностью отсутствовало управление риском. Мы ведь работаем в сегменте, где профессионально оперируют понятием «риск», и мы, как отрасль, на нем зарабатываем деньги. Вопрос в том, правильно или неправильно его оцениваем. Сейчас сработало несколько рисков: риск, связанный с процентными ставками; частично, как и в прошлый кризис, срабатывает риск ликвидности; и частично риск, связанный с возможными неплатежами со стороны лизингополучателей. И сейчас действительно нелегко, но рост инфляции и изменение курса уравновешиваются тем, что обеспечение действующих сделок сегодня улучшается - если прошла рублевая сделка на импортное оборудование, то сегодня цена предмета лизинга существенно подросла просто в связи с девальвацией (конечно, для этого надо было делать лизинг в рублях). Это кстати, мотивирует клиента платить, поскольку он не может потерять предмет лизинга.

Помимо череды сработавших рисков, на мой взгляд, гораздо более важным являются долгосрочные тренды. Может возникнуть неблагоприятное сочетание: дорогое фондирование и низкий спрос на инвестиции в основные средства, как следствие, сокращение портфелей при росте проблемной задолженности в абсолютном и естественно, в процентном выражении. Это, на мой взгляд, гораздо более важный вызов для отрасли. Причем основной вызов не в том, что это происходит, а в том, как долго будет происходить. Такая ситуация может привести либо к сокращению количества лизингодателей, либо к сжатию рынка. Понятно, что в тех секторах экономики, в которых издержки можно переложить на конечного потребителя, интерес к лизингу сохранится, вопрос в том, сколько Лизингодателей для этого нужно, и какие условия они смогут предложить.

- То есть, отставить панику?

Я отношусь к сложившейся ситуации по-рабочему. Снова прекрасное время подумать о росте конкурентоспособности. О производительности и качестве. Что такое эффективность? Это отношение результата к затратам. Как страна, мы стали конкурентоспособнее. Сейчас отличная возможность сделать перезапуск многих вещей. А если в то же время еще подумать о том, как повысить производительность…

Объем спроса, безусловно, будет зависеть от стоимости денег на рынке. По мере стабилизации рынков, в том числе валютного, станет появляться ликвидность. Как следствие, снижаться ключевая ставка, и пойдут вниз ставки по финансированию. Соответственно, постепенно начнет расти спрос. Мы это наблюдали в кризис 2008-2009 годов. Предполагаю, что в этот раз восстановление может быть длиннее, но логика будет такой же. Думаю, что вторая половина года будет более живой, чем первая, однако и в первой части будут сделки и проекты.

Если вспомнить 2008 год, то драматичное падение рынка лизинга на 75 процентов, статистически, было обусловлено остановкой сегмента подвижного состава. В нашей сегодняшней ситуации, вагоны опять могут быть востребованы: экспортеры получили новые возможности благодаря девальвации.

-Помнится, в 2008 году Вы говорили, что кризис – это возможность для руководителя подумать об оптимизации бизнеса.

-Я постоянен в своих убеждениях, могу повторить это.

-А вот что бы Вы посоветовали в этой ситуации руководителю компании иного, чем «Сбербанк Лизинг» масштаба. Представим компанию с портфелем в два миллиарда. Какие минимальные и необходимые действия должен предпринять руководитель в этой экономической ситуации?

- Все равно – посмотреть на бизнес-процессы. На то, можно ли их оптимизировать. Можно ли также оптимизировать расходы, и возможно, штат. Или подумать в этот же момент о каких-то дополнительных услугах. Ведь можно продавать меньше, но с большей доходностью. Как? Оказывайте дополнительные услуги.

Для лизинга ключевой посыл в следующем: опция, в соответствии с которой надо просто прийти в банк, привести клиента и сделать псевдокредитную сделку в виде лизинга – она заканчивается. Стратегической перспективы у нее нет. Сегодня лизинговая компания либо делает что-то быстрее банков, частично вкладывая свои деньги и как-то это рефинансируя, либо обладает своим Eguity (прим. ред. - собственный капитал) и разделяет с банком риски, делая для кредитной организации сделку более классической, а на себя возлагая в большей степени риск (зная, как им управлять), либо создает какой-то перечень дополнительных услуг, сервисов. Смысл всего этого – добиться конкурентной индивидуальности или преимущества.

Если мы говорим, что лизинг – самостоятельная финансовая индустрия, тогда нужно признать, что у отрасли очень мал собственный капитал. Собственно, Eguity и должно быть буфером в кризисных ситуациях. А если собственного капитала нет, то любое дуновение ветра приводит к тому, что компанию начинает раскачивать в разные стороны.

Отвечая на ваш вопрос, отмечу, маленькая компания может быть эффективнее крупной в узких сегментах. И на маленький портфель требуется небольшой объем Eguity. Может быть, сегодня не лучшее время привлекать инвестиции или искать партнера, но в целом, этот совет стратегически правильный.

У компании любого размера есть возможность упрощать процессы или улучшать их. Учите сотрудников, учитесь вместе с ними. Учитесь ставить задачи. К сожалению или к счастью, это совет всем нам – и мне, и нашей компании, и отрасли, и стране в целом.

Качество управления для нас сегодня является основной проблемой, и последние двадцать пять лет мы (как страна) создаем российскую школу менеджмента. Это сложная задача, быстро ее не решить. Заметьте, у нас и собственных школ менеджмента практически нет. Обучением сотрудников занимаются сами корпорации. И я вполне искренне хочу отметить, что Сбербанк в этом вопросе сегодня самая передовая корпорация в России.

- Согласна с каждым словом. Но вот еще один вопрос подниму с асфальта. Останавливать ли в текущей ситуации продажи? Если да, то увольнять ли менеджеров по продажам. Что посоветуете?

- Думаю, сейчас основная проблема будет не в том, чтобы продать, а в том, чтобы получить доступ к ресурсам. Если доступ к финансированию есть, то клиенты под него найдутся даже на самом низком рынке. Сейчас многие риски уже сработали, потому анализировать потенциальные риски клиентов становится легче.

-Все плохое уже произошло?

- С позиций риск-менеджмента так говорить нельзя. Есть и другие потенциальные риски. Вероятность дальнейшей девальвации или же снижения цены на нефть по-прежнему осталась, не понятна и глубина кризиса. Но эта вероятность снижается, а размер падения уже не может быть катастрофичным. Хотя, есть такое понятие «Черный лебедь», и если исходить из этой теории, то может произойти еще что-нибудь. Кстати, не обязательно плохое, но точно то, что мало кто предвидел.

-Так сокращать людей или сохранять кадры? Извините, я опять о простых вещах…

- В нынешних условиях руководителю прежде всего нужно ответить на несколько вопросов. Сначала – возможно ли для компании восстановление финансирования в течении месяца, двух, квартала, года. Далее, смотрите на текущую рентабельность портфеля. И принимаете одно из трех возможных решений: первое – вы никого не трогаете и за это просто платите, если хотите платить; второе – вы в том или ином объеме ужимаете штат; и третий, радикальный вариант – увольняете почти всех, оставляя трех человек для обслуживания портфеля, или вообще уходите из бизнеса. А какое решение было более оптимальным, станет ясно только через год - когда будет ясно, были ли ваши предпосылки правильными. Может, вы оставили штат, а рынок так и не восстановился - и вы зря держали людей. Может, всех уволили, а рынок через год восстановился - и ваши конкуренты уже давно работают, в отличии от вас. Здесь нет формулы, которая подходит для всех. Иначе это был бы уже не бизнес. Думаю, самое важное – это умение менеджмента адаптироваться к изменениям и уметь чуть-чуть предвидеть. Собственно, как и в прошлый раз, сейчас вызов именно для менеджмента – суметь провести свои компании и команды через текущее изменение рынка.

-Как мы помним, в период прошлого кризиса меры по поддержке лизинговой отрасли были минимальны. И в этот раз не заложено ничего в антикризисную программу.

- Сейчас выскажу мысль, которая может кому-то не понравиться. Лизинговая отрасль, с точки зрения ее восприятия государством, не является системно значимой. Государство не может помочь всем и всегда. Не могу сказать, что оно обходит отрасль стороной. Но лизинг – это инструмент для обновления основных фондов. Государство в целом ряде программ предусматривает субсидирование процентных ставок или первоначального авансового платежа. Это один из ключевых факторов поддержки не только конечного клиента, но и лизинга как инструмента. Что еще может сделать государство? Докапитализировать лизинговые компании? Нет. Снизить налоги? А почему именно лизингу, а не другим? Я бы хотел на этом заострить внимание коллег: лучшая помощь, которую нам может оказать государство, это сделать лизинговый продукт привлекательным для лизингополучателя.

Правда, в рамках текущих задач есть вопрос, которым мы занимаемся вплотную. Суть следующая. Известно, что у банков есть возможность получать финансирование от ЦБ под залог кредитов. Но туда не попадает лизинг. Наша задача - найти аргументы, позволяющие включать лизинговые сделки в перечень возможного рефинансирования. Это сделало бы лизинг более привлекательным для банков. Еще раз повторю: вся наша работа должна быть направлена не на то, чтобы кого-то обязать, заставить и еще как-нибудь замучить, а на то, чтобы найти механизмы, которые делают лизинг привлекательным инструментом. Привлекательным для банков, лизингополучателей, государства. Если мы ответим правильно на вопрос, для чего лизинг нужен этим трем участникам экономических процессов, поверьте, мы получим очень многое для отрасли.

-В течении всей беседы я все ждала, что Вы скажете про импортозамещение, но это слово так и не было произнесено…

-Почему же? Я говорил об импортозамещение, когда рассуждал об эффективности. У российских производителей появился шанс донести свой товар до потребителя. Возможно, у нас нет избыточных производственных мощностей для быстрого роста, но все же можно на 20-30 процентов поднять производство, что тоже будет весьма ощутимо для экономики. И если российские товары будут поддержаны покупателем, это даст стимул к развитию производств. Главное, чтобы у собственников и менеджеров в этот момент возникло желание инвестировать доходы в развитие.

-Вы заметили, что прошедшие кризисы вспоминаются как-то радостно, несмотря на наши тогдашние потери…

-Да, правильно. Понимание, что мы прошли кризис, приходит много позже того, как на самом деле меняется тренд. Вот мы сейчас с вами разговариваем, а кризис, может быть уже и закончился. Нефть подрастает, валюты выходят из турбулентного состояния. Парадокс заключается в том, что для страны это может быть не лучший сценарий, если мы, как в 2008-2009 годах, не примем для себя необходимых мер и изменений.

Но уверяю, этот кризис через десять лет мы будем вспоминать с улыбкой. А когда созреет очередной кризис, станем говорить: ну, в 2014-2015-м это была ерунда, вот сейчас будет кризис.

-Ну что, встретимся через десять лет и проверим, Кирилл Александрович?

-Что же вы приезжаете только в кризис… Может тогда чаще общаться по телефону?